January 11th, 2011

М.М.Поташник. Первое впечатление


Сегодня посетил первую часть лекций Марка Максимовича Поташника "Урок 21 века".
 
Не буду говорить в восхищённых и восторженных тонах, что-то и не устроило, где-то был не согласен, но в целом вынес самое благоприятное впечатление. Думаю, академик РАО, доктор педагогических наук, профессор, в своё время работавший в МГУ, не нуждается в роли вещателя-пророка и слепом послушании аудитории. Его цель, как сам он признался, побудить педагогов к самообразованию, заставить их несколько с иной стороны взглянуть на ставшую будничной профессию, и - с юмором - "хотя бы на месяц полюбить детей, которых приходится учить".
 
Понравилась цельность натуры лектора, его честность и прямота с сохранением такта, конечно, глубочайшие знания, умение держать внимание слушателей и непоказное стремление повлиять на улучшение ситуации в родной педагогической сфере. "Мне уже 70 лет, - говорит Поташник, - и кривить душой незачем".
 
За дефицитом времени оставлю разговор о заинтересовавших меня идеях и мыслях учёного на следующие дни. Пока же остановлюсь на 3-х моментах, с которых Марк Максимович начал свои курсы.
 
Во-первых, на жёстком неприятии позиции, отстаивающей доминанту знаний, умений и навыков в школе. Он привёл пример С.Мавроди ("МММ"), имя которого золотыми буквами было отчеканено на стене школы, что он оканчивал, получая с первого по выпускной класс исключительно "5", но из-за деяний которого сотни тысяч людей были разорены, а 57 человек покончили самоубийством (следует указать, что суд прямой связи в данном случае не установил). Поташник заявил, что директор, настаивающий на приоритете ЕГЭ и ЗУН - "урод, которого надо увольнять, выдавливать из школы". По мнению академика, школа, прежде всего - воспитание.
 
Во-вторых,  главную педагогическую задачу Поташник формулирует как стремление школы научить и воспитать любого ребёнка, "даже если он тупой, неопрятный, грубый и т.п.". По его мнению, если 10 педагогов не в силах найти подход к одному ребёнку, то они не справляются с обязанностями. И, наоборот, если учитель способен обучить ребёнка со слабенькими возможностями, оказавшегося в трудной жизненной ситуации - значит, он состоялся как профессионал, и сможет работать в любом лицее или гимназии, где попроще.   
 
В-третьих, Поташник попросил разделять понятия "Отечества", "страны" и "государства". К проводиым реформам в системе образования он относится негативно, но его призыв к учителям - верить в своё призвание! Если вы чувствуете, что у вас получается работать с детьми, ваши методы и приёмы приносят пользу, эффект - то никакие регламентации министров и прочих чиновников не должны останавливать вас.
 
О практических идеях, касающихся вопроса, каким должен быть современный урок - в следующий раз.

 

М.М.Поташник. Личность и толпа

 

Можно ли за два неполных дня лекций составить сколько-нибудь полный портрет человека? Нет, наверное. И тот образ одного из передовых педагогов современности, что сегодня у меня появился, безусловно, в чем-то поверхностен и, несомненно, субъективен. Однако сам академик Марк Максимович Поташник - настоящий проповедник субъективизма, он не должен обидеться на это мнение, даже если случайно наткнётся на него в интернете. Поверьте, среди мотивов данного отзыва отсутствует даже малейшее желание причинить ему боль. Но это будет честное слово, такое же честное и искреннее, как прослушанные лекции. Право же, надо быть в самом деле незаурядной, исключительной личностью, чтобы кому-то после нескольких часов аудиторного общения захотелось написать твой портрет.
 
Уверенность Марка Максимовича, порою граничившая с самозабвенной её чертой, не поразила - он заслуженный, одарённейший, глубочайший специалист, было бы странно видеть бесконечное сомнение в том, кто ездит по стране учить других.
Нельзя, впрочем, было не заметить довольно напряженной атмосферы, установившейся между частью присутствующих педагогов и лектором. Откровеннее всего данное обстоятельство проявилось в ряде записок (на моём жизненном пути встретил подобное впервые), где вначале полунамёками, а затем и вовсе открыто было произнесено: "Создаётся впечатление, мы тут - ничтожества..."  Люди пытались возразить на ту резкую критику, что допускал в адрес массы учительства профессор, он зачитывал вопросы вслух и почти всякий раз давал уничтожающую отповедь: "Мне Вас жаль...", "Вы толком даже сформулировать не умеете..." и т.п. Правда, что они хотели, авторы записок? Чтобы учёный во всеуслышание стал расхваливать их за невероятно тонкий и мудрый вопрос? И оскорблялись неприкрытой наготой ответа?
 
Часть зала раздражалась безапелляционностью суждений Поташника, его ироничностью, переходящей в сарказм, многочисленными примерами повседневной школьной практики, которые без лакировки, так скажем, без фотошопа, выглядели уж чересчур безобразно. Чего, чего, а деликатности в Марке Максимовиче вовсе нет. Есть неделикатность вкупе с плохо скрываемой надменностью и присущей пожилым людям (тем более перенесшим инфаркты и инсульты) нотационностью... Мой портрет не выходит ли чуть отталкивающим? Боже, я того не хотел.
 
Академик, показалось мне, намеренно противопоставлял себя большинству. Специально обобщал, утрировал, гиперболизировал, желая ранить, и тут же несколько смягчая уколы сносками на дурную политику государства, насаждённую им нищету. Показательна иллюстрация Поташника к лекции, как выразителю её настроения (полагаю, именно настроения) - анимационный фильм Г.Бардина "Адажио", где уникальными средствами выражена история Иисуса - распятие одиночки всеми, а затем поклонение всех ему, а затем поклонение без него (моя личная трактовка, возможно, слишком вольна, условия демонстрации были далеки от идеальных).     
 
Многие посетители курсов не хотели видеть академика в таком неприглаженном, естественном виде. Спрашивается, почему? Ведь он говорил очень умные, дельные вещи, предлагал ожидаемое и востребованное, научное и в то же время практико-ориентированное. Он, убеждён, добился своей главной цели - расшевелил большую часть присутствоваших педагогов, и те вскоре полезут повторять закономерности обучения, систему классификации методов обучения, возрастную психологию и другие подзабытые темы.
Никто не отрицал его дар, талант, глубину решения образовательных проблем. Так почему неординарный, блестящий автор педагогических трудов не может быть таким? Почему не может быть резким, вспыльчивым, неудобным, колючим?
 
Ведь сам Марк Максимович привёл замечательный пример того, что вся внешняя мишура борьбы "кто что сказал" чаще всего малостояща. Когда А.Д.Сахаров выступил против афганской кампании, Верховный Совет из 6,5 тысяч лучших представителей общества - Героев СССР, Героев Соц.труда и др. - освистал его, кто-то швырял блокноты, кидал в него ручки. Но прав-то оказался один...
 
Мнение Поташника - не мнение в последней инстанции. То, что он жестоко называл "пошлым", "уродливым" - а многое из этого присуще нашей педагогической общественности - не есть абсолютная истина. Сам академик много раз повторил тезис об относительности истин. Так зачем таить смертельную обиду за искренность, так контрастировавшую с растёкшейся по нашей современной стране фальшью? Библейская истина гласит, что пощёчина друга куда лучше поцелуев недоброжелателя. Марк Максимович предстал, в моём понимании, другом. Невыносимым порою, но другом, верным и настоящим.