igorolin (igorolin) wrote,
igorolin
igorolin

Categories:

Французы едят всех животных

«Папа – моя любимая кукла», - любит повторять Маша. «Давай играть!», - подходит она ко мне каждый вечер, и отказать, конечно же, невозможно.
«Как будем играть?», - спрашиваю. «Придумывай сам! Не всё же мне придумывать», - каждый вечер отвечает Маша, и я заставляю работать свою фантазию.
«Может быть, почитаем? Давно не читали». – «Нет! Это не игра!», - разочарованно тянет дочь.

«Тогда футбол!». Ура, эта народная игра объединяет отцов и детей. Маша встаёт в дверной проём и ловко вылавливает мячи. Если мяч пропущен, то мы меняемся амплуа. Теперь нападает Маша, я защищаю ворота. Но дочке не нравится просто пинать, она предпочитает борьбу – встаёт на четвереньки, закрывает мяч корпусом, в случае угрозы хватает его руками и всякий раз пытается буквально занести за вратарскую линию. «Так это же регби», - не очень сопротивляюсь и расстраиваюсь пропущенному голу.

«Утки и охотники» тоже часто присутствуют в нашем игровом рационе. Когда «уткой» Маша, то я стараюсь не попасть в неё раз пять-шесть. Она расхохочется, раскраснеется и делает широкий жест: «Ладно, я сейчас не так быстро побегу! Буду высоко ноги поднимать». А меня подстрелит сразу - забывает, что нужно стоять на определённом месте, бежит по комнате и увернуться тут никак не получится. «Смотри-ка, что там!», - иду на отвлекающий обман, и пока Маша отворачивается, пробегаю. О, это значит, что данный приём войдёт на вооружение дочери, и в следующий раз мне от него не отвертеться.

«Съедобное и несъедобное» - любимая Машина игра. Я вожу: «арбуз», «абрикос», «слива», «персик». Ловит. «Дыня». Не ловит.
- Ты что дыню не ешь? – смеюсь.
- А что такое дыня? – удивляется Маша.
- Ты разве не пробовала дыню? – удивляюсь в свою очередь я. – Ты же кушала дыню…
- Когда ей был один год?! – с укоризной вмешивается жена.
- Мама, а она вкусная?
- Ну, я не очень люблю, - отвечает Аля.
- Я тогда её не ем! Води дальше, - отдаёт мне мяч Маша.
«Когда летом куплю дыню, съем один», - ворчу я, но из соседней комнаты летит звонкий Янин голос: «А я люблю дыню!». «Значит, съедим с Яной». Продолжаем играть. «Съев» после овощей компьютер и самолёт и вдоволь насмеявшись, Маша испытывает меня.
«Улитка! Ха-ха-ха! Поймал улитку!». «А улиток едят», - невозмутимо сообщаю я. «Правда, мы не едим, а вот французы едят. У французов это даже деликатес».

Домино. Раскладываем костяшки в открытую, здесь всегда побеждает дружба, и особенно радует финальная «рыба».
Шашки. Маша играет уже довольно сносно, если сделать скидку на возраст.
Шахматы. Неизвестно, в чём ребёнок находит удовольствие, порою около часа переставляя фигуры самостоятельно. Смысл игры ей ещё непонятен, кроме возможности срубать пешки противника.
«Выигрывать – это хорошо или плохо?», - спрашивает Маша. Вспоминая об индуизме с его нежеланием причинять душевную боль проигравшему, пожимаю плечами: «Когда как». Впрочем, подумав, что русские всё-таки больше европейцы, добавляю: «Побеждать – это хорошо, чаще это хорошо».
И в настольных играх дочь стремится к непременному выигрышу. Кубик в её руках, словно карты в руках шулера. Слишком явным махинациям я возмущаюсь, но только оторвавшись со своей фишкой на безопасное расстояние, Маша начинает сочувствовать безнадёжному аутсайдеру: «Не переживай! Ты ещё сможешь приблизиться. Если хочешь, брось второй раз (это уже в шаге от финиша)».

По нами выдуманной традиции смешим друг друга по вечерам. Способы самые разные. Нажать на нос: «Пи-и-ип!». Скорчить рожицу. Оторваться от земли, потянув за собственные уши. Танцевать «а ля Ельцин» (ну, это я знаю) перед вторым туром на выборах 1996 года. Сочинять истории про кота Кузьку. Вести пальцем по телу: «Лобик, лобик – толстолобик; носик, носик – хлюпоносик; глазик, глазик – пучеглазик…».

А на следующий день – новая комбинация игр. Снова «съедобное -несъедобное».
- Ха-ха-ха! Ты собаку съела!
Маше пока не хочется водить. Она задумалась и серьёзно произносит:
- А хранцузы (именно так, «хранцузы») ведь едят собак. Они всех животных едят. Так что можно ловить.
Вспоминаю про корейцев, но почему-то не хочу про них говорить. Пускай пока дочка считает, что всех едят французы, те не обидятся.
- Маша, тебе скоро пять лет, а ты ещё читать не умеешь. Давай алфавит учить!
- Нет! Это не игра.
- Давай, я тебе на спине буду буквы рисовать, а ты угадывать.
- Давай! – тут же соглашается. И мы учим алфавит, буквы знает практически все, только в слова складывать, пока не выходит.
- Да ты не волнуйся, - успокаивает меня Маша. – Я же не пойду в школу. Когда надо будет идти в первый класс, я пойду в цирк. Я же буду в цирке работать.

«Вот и вышел человечек», - радуюсь, в свою очередь, я. На днях Маше будет пять лет. Пять лет - вроде совсем мало, а, может, совсем и немало, ведь на следующий год Маша идёт в старшую группу. Вот и выросла до «старшей», как часто мечтала. Выросла. Значит, будут совершенно новые истории? Подождём, обязательно будут.
Tags: 4 года, Маша, мои рассказы
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments