igorolin (igorolin) wrote,
igorolin
igorolin

Правильный ответ - Робеспьер

Учительская история на 1 апреля.

Был среди моих учеников мальчик Серёжа, девятиклассник. На уроках истории он впадал в ступор. Конечно, я был далёк от передовых технологий, от какого-нибудь проектного или модульного обучения, преподавал традиционно - рассказал, прочитали, спросил. И всё же к работе своей (её тогда я совмещал с учёбой на пятом курсе педагогического университета) относился ответственно, дети предмет мой любили, на хорошие оценки я не скупился. Но ставить «тройку» Серёже было не за что. Он не мог передать содержание темы сколь-нибудь правдоподобно, порол несусветную чушь, а когда в классе раздавался смешок, замолкал. Среди степных народов, угрожавших Руси в начальный период её истории, он называл дворян, бояр и якутов; в Столетней войне, на его взгляд, противостояли аквитаны и фландры; декабристы оказывались язычниками, верующими в бога Декабра. Как эти чудеса рождались в голове подростка, необъяснимо. Безусловно, Сергей не был семи пядей во лбу, однако в бытовых вопросах неплохо соображал, по остальным школьным дисциплинам учился пусть слабо, но удовлетворительно. Я же, не увидев в итоговой контрольной работе ни одного ответа, вывел ему «два».

Это был скандал. Школа боролась за какое-то звание, и срыв стопроцентной успеваемости директор, пожилая властная женщина, определила как подрывную деятельность. «Двойку учитель должен поставить себе», - резюмировала Валентина Ивановна на педсовете и назначила приказом дату экзамена, который должен был позволить ученику исправить отметку. В комиссию кроме нас с ней вошёл ещё завуч, тихий щуплый мужчина неопределенного возраста, дрожавший от одного вида руководительницы.

Серёже достался вопрос о Великой французской буржуазной революции. Директор собственноручно вытянула для выпускника «счастливый» билет, предупредив его накануне, какую тему ему следует выучить. По признанию экзаменуемого, чтение параграфа продолжалось всю ночь, только к утру из памяти всё исчезло. Он ещё туманно помнил предисловие о попытках реформ министров финансов (Тюрго и Неккера, подсказал я комиссии), но что происходило потом, забыл напрочь. Тёмный лес о жирондистах, якобинцах и термидорианцах председатель комиссии отмела сразу, пытаясь вызвать согласные кивки на её реплики о тяжёлой участи угнетённого французского народа. Однако юноша сидел как статуя. Даже казнь короля Людовика, о которой я осмелился напомнить, никак не затронула его душу и интеллект. Бледный измученный вид ребёнка на фоне покрасневшего от натуги лица приходившей в ярость директрисы вызвал во мне даже не жалость, а почти физическую боль. Быть может, впервые именно тогда я увидел перед собой не просто «обучающегося», а несчастного человека.

- Ладно, соберись, ответь на единственный вопрос, и мы поставим тебе «три», - предложил я.
Валентина Ивановна вскинула брови и спустила на кончик носа очки.
Я продолжил:
- Среди четырёх имён, которые сейчас прозвучат, ты должен выбрать имя одного из лидеров французской революции. Будь внимателен: Ленин, Горбачёв, Ельцин, Робеспьер.
Директор одобрительно посмотрела на меня. Я повторил перечень трижды, но Серёжа молчал. Не выдержав длинной паузы, я произнёс:
- Вот подсказка. Имя начинается на «Ро».
- На "Ро", - кивнула Валентина Ивановна и громко протяжно произнесла: "Ро-о-о-о...".
Глаза Серёжи озарились мыслью. Он широко улыбнулся. Засветилась директор, а за ней и завуч.
- Ро…, - почти прокричал Серёжа. – Ро… Ро… Робинзон Крузо! – ответил он.
- Молодец! – с ахом подытожила директриса и вывела в экзаменационном листе жирную «тройку».
Tags: мои рассказы, школа, юмор
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 11 comments